Критерий 10. Личное и профессиональное

Кто МОЖЕТ быть участником профсообщества МПЛ12?

Критерий десятый. Разделение профессионального и личного.

В отношниях людей с профессиональной деятельностью можно наблюдать две крайности. Одна — объективация, когда человек представляет собой заменимый винтик, механизм, работающий независимо от состояний своего внутреннего мира и предъявляющий вовне лишь необходимый по должностной инструкции функционал. Другая крайность — когда вместо работы люди «отношаются», проецируя на трудовой коллектив семейные и детско-родительские отношения, переживая весь спектр внутренней и межличностной динамики, как адаптивной, так и травматической.

Профессии типа «человек-человек», к коим относится и ремесло психолога, наиболее требовательны к сохранению баланса человеческого и профессионального. Отношения психолога и клиента регламентированы этическим кодексом. Согласно которому, в частности, психолог не может состоять в личных отношениях с клиентом (и вообще ни в каких других двойных и параллельных отношениях с клиентом и его родственниками). Помимо этики, психолог обязан выполнять профессиональный функционал по отношению к клиенту: заключать и соблюдать контракт, поддерживать профессиональные границы, удерживать нейтральность и профессиональную позицию, отслеживать перенос и прорабатывать контрперенос. То есть, психотерапевтические отношения — особые, в каком-то смысле «не человеческие».

Одновременно с этим, психолог работает собой и через свои ресурсы, вполне себе человеческие; имеет дело с психикой и психологическим материалом, как клиентским, так и собственным; да и основной целительной силой в самых разных психотерапевтических школах признан именно особый, сущностный контакт клиента с психотерапевтом — человека с человеком. Модальность, стиль работы, навыки, эффективность — все эти вполне профессиональные вещи зависят от индивидуального, человеческого — того, насколько психолог привносит в эту работу себя. Не говоря уж о таких тонкостях, как поле, интуиция, резонанс…

Это с клиентами. А что же с профессиональным взаимодействием коллег, горизонтальным — и вертикальным, иерархическим?

Психологу, как никому другому, доступны знания о влиянии внутрипсихического на события внешнего мира и взаимоотношения с людьми; для него очевидно это влияние, а также характерна особая бережность, большая ценность внутреннего мира (иногда даже — с перевесом относительно внешнего). Это не может не сказываться на взаимодействии внутри сообщества психологов. Как и во всем, здесь есть свои плюсы и минусы.

С одной стороны, поистине величайшее достижение, стоящее всех затраченных усилий, когда в профессиональном сообществе признается и разделяется ценность психологического, когда человек и его потенциал не низводится до уровня функции и винтика в угоду потребностям социальной группы, а напротив, рост и развитие этого потенциала является одной из приоритетных задач сообщества.

С другой стороны, необходимо внимательно различать, когда фокусировка на внутрипсихических процессах индивида и сообщества служит расширению возможностей, повышению качества функционирования, переживанию полноты существования и межличностного взаимодействия — а когда, напротив, стагнирует, ограничивает и препятствует осуществлению желаемых задач, погружает в «морок» личной или коллективной травмы и т. д.

Как могут проявляться эти своеобразные фильтры личностной проблематики, которые могут нарушать процессы коммуникации, решения профессиональных задач и развития, как индивидуального, так и в целом сообщества?

* Иногда, попадая в ловушки своих привычных психозащитных паттернов — сопротивления, избегания, изоляции, беспомощности и т. д., — мы начинаем ожидать особо бережного, заботливого, поддерживающего и понимающего отношения к себе со стороны коллеги или руководства (особенно руководства, как проекции родительской фигуры!) — или, напротив, провоцируем их на отвержение.

* Иногда, замечая такие проявления у коллеги, мы подменяем (пытаемся) рабочие отношения псевдотерапевтическими, попадая в состояние чрезмерной заботы или преследования (да у тебя симптом, иди лечись!), вместо того, чтобы предъявить границы или разумные требования, предложить компенсацию ущерба и т. д.

* Или дистанцируемся, избегая естественного человеческого контакта, невольно или по привычке выстраивая чрезмерные границы в отношениях с теми, кто является для нас равными, коллегами, а не клиентами. Особенно это мешает в ситуациях, когда нам действительно необходима помощь, как в нашем профессиональном, так и в человеческом.

* Или чрезмерно тревожимся по поводу того, как нас оценят, когда возникает необходимость предъявить свою работу, ее результаты, свидетельства своей квалификации и прочее; и даже порой ощущаем ущемленной свою индивидуальность, когда речь заходит о требованиях — к нашей работе, внутреннему распорядку и т. д.

В общем, всё, как у людей)))))

Мы видим выход в следующем:

* Во-первых, В СОБЛЮДЕНИИ БАЛАНСА личного и профессионального в своей жизни. Психолог — это не диагноз и не миссия всей жизни, это роль, ограниченная рабочим пространством психологического центра, рабочим временем, контрактом с клиентом и оплатой. (Однако, необходимо учитывать фактор публичности: интернет-ресурсы, масс-медиа, публикации в специализированных профессиональных изданиях и т. д. Эти ресурсы также являются местом профессиональной самопрезентации специалиста и требуют такого же соблюдения этики и границ, как и рабочее пространство). В любом случае, это ограниченная территория; помимо этого, есть еще и территория личного: семья и близкие, увлечения и пристрастия, потребности и желания, жизненные задачи и психологические проблемы (в том числе!), разнообразный жизненный опыт — которые значимы для поддержания «человеческого в человеке» и НЕ ИМЕЮТ ОТНОШЕНИЯ к профессиональной деятельности. Если территория личного чрезмерно ограничена и неудовлетворительна, происходит неизбежное вынесение этих потребностей на территорию профессионального, что вредит клиентам и отношениям с коллегами.

* Во-вторых, В РАЗГРАНИЧЕНИИ личного и профессионального в работе и рабочих отношениях. Когда неизбежные противоречия, личные антипатии, внутренние и межличностные конфликты не затрагивают обучающую, консультативную и психотерапевтическую деятельность центра. В этом помогает, прежде всего, осознанность специалиста, а также возможность получить поддержку своего «профессионального» и «человеческого» аспекта, для чего сообщество должно владеть определенными ресурсами. В частности — рекомендовать ВНЕШНИЕ обучающие программы, практикующих психотерапевтов (не членов сообщества), мероприятия и ресурсы для своих специалистов; организовывать ВНУТРЕННИЙ обмен опытом, группы поддержки, интервизию, кураторство, медиацию и т. д. Когда есть место для проявления как профессионального, так и личного, но каждого — на своей территории.

Все это работает при условии внимательного ответственного отношения каждого к своему профессиональному и личному. Знаний, навыков, ресурсов для этого по роду профессии у нас достаточно. Что касается профессионального сообщества, эта задача является для нас одной из приоритетных, а навык специалиста разделять личное и профессиональное — одним из критериев участия в профессиональном сообществе.

Автор: Мария Летучева